Цель и дизайн исследования. Кросс-секционное исследование показателей регуляции липидного обмена и ко-ронароангиографических данных у мужчин, госпитализированных с острым коронарным синдромом (ОКС), с учетом наличия артериальной гипертензии (АГ) и ее сочетания с рядом биологических факторов риска (ФР) хронических неинфекционных заболеваний (ХНИЗ).Материалы и методы. Обследовано 98 мужчин с ОКС (73 — с диагнозом инфаркт миокарда и 25 — с нестабильной стенокардией). Всем пациентам проведена экстренная коронароангио-графия. Проводилась диагностика биологических ФР ХНИЗ: АГ, абдоминального ожирения (АО), дислипидемии (ДЛП) и гипергликемии натощак. В плазме крови определяли уровни лептина и адипонектина.Результаты. АГ диагностирована у 81 % мужчин с ОКС. У пациентов с сочетанием трех и более ФР ХНИЗ АГ встречается в 100 % случаев. При одновременном наличии АГ и АО выявлены самые высокие значения лептина (12 [7,3-19,0] нг/мл) по сравнению с изолированными АГ (2,2 [0,7-4,3] нг/мл; р = 0,0) или АО (7,3 [7,1-8,4] нг/мл; р = 0,022). При одномоментном наличии АГ и ДЛП установлен более низкий уровень адипонектина (21,5 [10,6-35,3] мкг/мл), чем при АГ без ДЛП (40,5 [12,8-71,6] мкг/мл; р = 0,026). Также у пациентов с сочетанием АГ и ДЛП максимальный процент стеноза коронарных артерий больше (99,5 [90-100] %), чем при АГ без ДЛП (70 [45-95] %; р = 0,004). При наличии более трех ФР ХНИЗ лептин (18,1 [9,5-26,4] нг/мл), отношение лептина к адипонектину (0,7 [0,2-1,2] Ед) и максимальный процент стеноза коронарных артерий (100 [86,2-100] %) выше, чем у лиц, имеющих менее трех ФР ХНИЗ (4,2 [1,1-8,4] нг/мл; р < 0,01; 0,2 [0,03-0,5] Ед; р = 0,001 и 90 [60-100] % соответственно). При сочетании трех и более ФР ХНИЗ чаще встречаются повышение лептина (n = 34; 81 %) (отношение шансов (ОШ) = 6,4, 95-процентный доверительный интервал (95 % ДИ) [2,3; 17,3]) и выраженный стеноз коронарной артерии (n = 40; 83 %) (ОШ = 2,7, 95 % ДИ [1,0; 7,2]), чем при менее трех ФР ХНИЗ (n = 16; 40 %; р = 0,0 и n = 28; 65 %; р = 0,046 соответственно).Выводы. Таким образом, АГ, как наиболее часто встречающийся ФР у мужчин с ОКС, является облигатным компонентом сочетания трех и более биологических ФР ХНИЗ в этой группе больных. Одновременное наличие трех и более биологических ФР ХНИЗ ассоциировано с повышением уровня лептина и наличием выраженного стеноза коронарных артерий.
1. Gonzalez-Pacheco H, Vargas-Barron J, Vallejo M, Pina-Reyna Y, Altamirano-Castillo A, Sanchez-Tapia P et al. Prevalence of conventional risk factors and lipid profiles in patients with acute coronary syndrome and significant coronary disease. Ther Clin Risk Manag. 2014;10:815-823. doi:10.2147/TCRM.S67945
2. Кардиоваскулярная профилактика 2017. Российские национальные рекомендации. Российский кардиологический журнал. 2018;6:7-122.
3. Ivanovic B, Tadic M. Hypercholesterolemia and hypertension: Two Sides of the Same Coin. Am J Cardiovasc Drugs. 2015;15(6):403-414. doi:10.1007/s40256-015-0128-1
4. Van Rooy MJ, Pretorius E. Obesity, hypertension and hypercholesterolemia as risk factors for atherosclerosis leading to ischemic events. Curr Med Chem. 2014;21(19):2121-2129.
5. Li X, Wang J, Shen X, An Y, Gong Q, Li H et al. Higher blood pressure predicts diabetes and enhances long-term risk of CVD events in individuals with impaired glucose tolerance: 23-year follow-up of the Daqing Diabetes Prevention Study. J Diabetes. 2019;11(7):593-598. doi:10.1111/1753-0407.12887
6. Otelea MR, Streinu-Cercel A, Baicus C, Nitescu M. The adipokine profile and the cardio-metabolic risk in non-obese young adults. Balkan Med J. 2019;36(3):155-161. doi:10.4274/ balkanmedj.2018.0789
7. Koleva DI, Orbetzova MM, Nikolova JG, Deneva TI. Pathophysiological role of adiponectin, leptin and asymmetric dimethylarginine in the process of atherosclerosis. Folia Med (Plovdiv). 2016;58(4):234-240. doi:10.1515/folmed-2016-0039
8. Otelea MR, Streinu-Cercel A, Baicus C, Nitescu M. The adipokine profile and the cardio-metabolic risk in non-obese young adults. Balkan Med J. 2018;36(3):155-161. doi:10.4274/balkanmedj.2018.0789
9. Рекомендации ESC по ведению пациентов с острым коронарным синдромом без стойкого подъема сегмента ST. Российский кардиологический журнал. 2016;3(131): 9-63.
10. Рекомендации ЕОК по ведению пациентов с острым инфарктом миокарда с подъемом сегмента ST. Российский кардиологический журнал. 2018;23(5): 103-158.
11. Лучевая диагностика болезни сердца и сосудов: национальное руководство. Под ред. С. Л. Кокова. М.: ГЭОТАР-Медиа, 2011. 688 с.
12. Jerez-Valero M, Meliveo-Garda A, Jordan-Martinez L, Carrasco-Chinchilla F, Moreno-Santos I, Ordonez A et al. Role of serum leptin in the severity of coronary artery disease in patients with stable angina. Med Clin (Barc). 2016;147(1):7-12. doi:10. 1016/j.medcli.2016.03.040
13. Tsai JP, Wang JH, Chen ML, Yang CF, Chen YC, Hsu BG. Association of serum leptin levels with central arterial stiffness in coronary artery disease patients. BMC Cardiovasc Disord. 2016; 16:80. doi:10.1186/s12872-016-0268-5
14. Xie D, Bollag WB. Obesity, hypertension and aldosterone: is leptin the link? J Endocrinol. 2016;230(1): F7-F11. doi:10.1530/JOE-16-0160
15. Seven E. Overweight, hypertension and cardiovascular disease: focus on adipocytokines, insulin, weight changes and natriuretic peptides. Dan Med J. 2015;62(11):B5163.
16. Hurtubise J, McLellan K, Durr K, Onasanya O, Nwabuko D, Ndisang JF. The Different facets of dyslipidemia and hypertension in atherosclerosis. Curr Atheroscler Rep. 2016;18(12):82.
17. Meek TH, Morton GJ. The role of leptin in diabetes: metabolic effects. Diabetologia. 2016;59(5):928-932. doi:10.1007/s00125-016-3898-3
