<?xml version="1.0" encoding="UTF-8"?>
<xml>
 <records>
  <record>
   <ref-type name="Journal Article">17</ref-type>
   <contributors>
    <authors>
     <author>Гордеев А. Д.</author>
     <author>Бочкарев М. В.</author>
     <author>Коростовцева Л. С.</author>
     <author>Заброда Е. Н.</author>
     <author>Амелина В. В.</author>
     <author>Осипенко С. И.</author>
     <author>Свиряев Ю. В.</author>
     <author>Алёхин А. Н.</author>
    </authors>
   </contributors>
   <titles>
    <title>Реактивность сна к стрессу и инсомния: показатели сна и молекулярные маркеры</title>
   </titles>
   <keywords>
    <keyword>инсомния</keyword>
    <keyword>реактивность сна к стрессу</keyword>
    <keyword>метаэпинефрины</keyword>
    <keyword>мозговой нейротрофический фактор</keyword>
    <keyword>полисомнография</keyword>
    <keyword>нарушения сна</keyword>
    <keyword>тревога</keyword>
   </keywords>
   <dates>
    <year>2023</year>
    <pub-dates>
     <date>2022-11-08</date>
    </pub-dates>
   </dates>
   <doi>10.18705/1607-419X-2022-28-6-91-99</doi>
   <journal>Артериальная гипертензия</journal>
   <abstract>Актуальность. Исследователями ведется поиск признаков, предрасполагающих к развитию инсомнии. С данной целью была разработана концепция реактивности сна к стрессу — характеристики, в соответствии с которой повышается вероятность нарушения сна после стрессового воздействия. Существует необходимость объективизации показателей, изменяющихся при повышенной реактивности сна к стрессу. Цель исследования — выявление объективных показателей сна и молекулярных маркеров реактивности сна к стрессу для определения ее места в структуре профилактики и коррекции инсомнического расстройства. Материалы и методы. В исследовании приняли участие 42 человека с жалобами на нарушения сна и 23 добровольца без значимых жалоб на проблемы со сном в возрасте от 18 до 72 лет, из них 19 мужчин и 55 женщин, исключены 9 человек. Оценка реактивности сна к стрессу производилась с помощью опросника Ford Insomnia Response to Stress Test (FIRST). Для скрининга тревожности использовался Интегративный тест тревожности. Оценка показателей сна производилась с помощью полисомнографии (ПСГ). Утром после ПСГ собирались образцы плазмы крови для определения нейротрофического фактора мозга (BDNF), а также в течение одной недели после ПСГ был проведен сбор суточной мочи для определения уровня метаэпинефринов. Результаты. Обнаружено, что среди лиц с низкой реактивностью сна к стрессу с низким уровнем тревоги — 64 % без жалоб на нарушения сна, а при высокой реактивности в сочетании со средне-высоким уровнем тревоги — 79 % с инсомнией. По показателям ПСГ обнаружены значимые различия в группах с низкой и высокой реактивностью: в группе с низкой реактивностью была выше эффективность сна и доля второй стадии медленного сна, а также ниже латентность ко сну и время бодрствования после начала сна. Кроме этого, у лиц с низкой реактивностью выше содержание BDNF в крови, и оно положительно коррелирует с содержанием метаэпинефринов в моче и абсолютной длительностью третьей стадии медленного сна, отрицательно — с латентностью ко сну. Заключение. Лица с высокой реактивностью сна к стрессу имеют более низкие показатели качества и глубины сна, что совпадает с результатами других исследований. Можно предположить, что уровень BDNF является маркером реактивности сна к стрессу и свидетельствует о потенциальной адаптации к стрессу.</abstract>
   <urls>
    <web-urls>
     <url>https://www.cardiojournal.online/publication/11640</url>
    </web-urls>
    <pdf-urls>
     <url>https://www.cardiojournal.online/files/12223</url>
    </pdf-urls>
   </urls>
  </record>
 </records>
</xml>
